Религиозно-философские основы истории. Л.А.Тихомиров. Отд.X Завершение круга мировой эволюции. Глава LXXI Последние времена.

Исаич

куратор
Команда форума
15 Сен 2019
218
4
18
52
СПб. Центр.
Глава LXXI
Последние времена



С полным развитием отступления и с появлением предполагаемой нами доктрины Жены любодейной наступают так называемые «последние времена». Три основные религиозно-философские идеи мировой истории и соответствующие им реальные силы сходятся лицом к лицу в этот краткий промежуток времени, и если их эволюционная борьба потребовала долгих тысячелетий, то заключительная развязка совершается с революционной быстротой.

Последние времена изображаются в Апокалипсисе семью трубными гласами и семью чашами гнева Божия. Оберлен высказывает мысль, что трубные гласы относятся и к предшествовавшим временам. Но это очевидно неверно. В Апокалипсисе прямо сказано: «И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе как бы на полчаса. И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб» (Откр. 8; 1—2). Итак, семь труб и следующие за ними чаши (фиалы) гнева представляют события, следующие после снятия седьмой печати, то есть в последние времена. Эти четырнадцать моментов едва ли займут долгий период. На важнейшие события назначены сроки весьма краткие: проповедь двух последних пророков продолжается три с половиной года и непосредственно за этим следующее господство Антихриста — также три с половиной года. А пророки являются между шестой и седьмой трубой. Следовательно, на почти две последние трубы и семь фиалов гнева приходится всего 7 лет. Сколько можно предположить на первые пять с лишним «труб»?

На время действия «саранчи», то есть на протяжение времени пятой трубы, положен какой-то краткий срок («пять месяцев»). Вообще, все имеющиеся данные указывают на быстроту развертывания событий. Но в этот относительно краткий период времени мир будет полон событий гораздо более, чем другие, очень продолжительные исторические эпохи.

Разобраться в них с точностью, особенно в политической их части, едва ли возможно в настоящее время. Тем важнее установить смысл знамений, относительно которых это кажется возможным. На первом месте должно поставить явление «зверя». Об этом говорится два раза: один раз в начале 13-й главы, другой раз — в 3-м стихе 17-й главы. Один ли это «зверь» или различные? Я полагаю, что это один и тот же зверь, и именно Антихрист, только в 13-й главе говорится о его появлении из «моря», то есть из волнующихся народных бурь, а в 17-й главе — о его выхождении из «бездны» (то есть адской). Двукратно обрисованный образ этого зверя, то есть Антихриста, указывает его отношение и к сатане (дракону и бездне), и к народам человечества, и к государствам, и к Жене любодейной. Оттого-то этот образ нарисован оба раза так сложно. Но это ни в первом, ни во втором случае не суть сатана: первый раз прямо говорится, что Дракон «дал ему силу свою и престол», следовательно, сам он не суть Дракон; во втором же видении «зверь» обозначается как последний из царей (17, 2). Вообще — это несомненно Антихрист, но изображаемый в своей связи с рядом сил и учреждений, действовавших в то время, а отчасти и вообще в истории. Имея это в виду, мы можем сказать, что образ Антихриста относится, во всяком случае, к шестому и седьмому трубному гласу, вероятнее же всего — уже и к пятому.

После четвертой трубы ангел говорит: «Горе живущим на земле от остальных трубных голосов», то есть пятого, шестого и седьмого. А так как Антихрист, хотя ему назначено царствовать лишь три с половиной года, должен сначала выработать, подготовить себе способы для господства, то появление его весьма легко может случиться при пятой трубе.

Но что же происходит при четырех первых трубных гласах? Вообще, весь период последних времен будет полон бедствий для человечества. Они обрисовываются за весь период в каком-то страшном, кошмарном виде, в образах, которых и понять нельзя, подобно подавляющему сновидению. Отмечены они и для первых четырех труб.

Уже непосредственно перед первой трубой на земле произошли «голоса, и громы, и молнии, и землетрясения» (8, 5). «Все это обозначает ужасы, имеющие быть перед концом», — говорит Андрей Кесарийский. В символическом смысле это весьма походит на какой-то революционный взрыв. Когда вострубил первый Ангел — «сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела». Но, по объяснению символов у Бейнингена[1], «дерево» означает культуру, культурное развитие; точно таков смысл слов «зеленая трава». Огонь и кровь Андрей Кесарийский понимает буквально. Итак, тут происходят какие-то пожары и кровопролития, истребляющие культурное развитие. При второй трубе как бы большая гора, пылающая огнем, низверглась в море, третья часть которого сделалась кровью. Морем же всегда называется волнующаяся народная масса; при этом погибла третья часть существ, живущих в море, и третья часть кораблей. Под «кораблем» Бейнинген понимает политические соединения народов. При третьей трубе упала с неба звезда , под которой Андрей Кесарийский разумеет диавола, и пала на третью часть рек и источники водные, которые стали горьки, как полынь; источники же водные символически изображают части человечества (Бейнинген). При четвертой трубе поражены были в третьей доле и затмились на одну треть солнце, луна и звезды. Трудно себе представить под этим что-либо, как какое- то помрачение, овладевающее людьми. В общей сложности рисуется состояние резни, пожаров, волнений, горечи чувств народных, разрушения культуры и помрачения умственного или духовного. Под пылающей горой Андрей Кесарийский разумеет диавола, и если так, то выходит, что он погружается в взволнованное уже само по себе море и доводит бури и бедствия до крайней степени.


Таким изображается состояние мира перед пятой трубой. Под пятой и шестой трубой перед нами развертываются картины страшные и фантасмагорические, в которых и толкователи не объясняют ничего, кроме того, что в Апокалипсисе ясно и само по себе. Ясно, что тут выступают к действию непосредственно огромные полчища адских сил, освобожденных по повелению Божию. Из открывшегося «кладезя бездны» выходит дым, который помрачил солнце и воздух, что, по Андрею Кесарийскому, означает душевное ослепление людей. Из дыма же вышли мириады какой-то необыкновенной саранчи, имеющей своим царем ангела бездны Аваддона, или Аполлиона (Губителя). Эта саранча в течение «пяти месяцев» страшно мучит людей своими жалами, так что «в те дни люди будут искать смерти, но не найдут ее; пожелают умереть, но смерть убежит от них (9, 6). Но саранча только мучит людей, не имеющих на челах печати Божией, культуре же вреда не делает («траве земной, и никакой зелени, и никакому дереву»). При шестой трубе освобождены четыре связанных на Евфрате Ангела (демоны), которые должны умертвить третью часть людей. У них 200 миллионов какого-то страшного, чудовищного войска (9; 14 — 16). Понять эти образы столь трудно, что я не делаю и попытки этого.

Но при этом Апокалипсис делает характеристику людей того времени, которую необходимо отметить. Во-первых, бедствия эти и мучения, как говорит Андрей Кесарийский, попущены Богом для того, чтобы привести людей к покаянию. Но они оказываются совершенно нераскаянными. Множество их погибло, «прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих» (9, 20). Во-вторых, при перечислении грехов их мы видим самое приниженное нравственное состояние — воровство, убийства, блудодеяние — и, что гораздо более достопримечательно, видим у людей того времени господство языческого мистицизма: они поклоняются идолам, поклоняются бесам и занимаются чародейством (9; 20, 21). При этом нельзя не вспомнить Жену любодейную, которая волшебством своим ввела «в заблуждение все народы» (18, 23). А в это время она уже давно начала действовать и «яростным вином блудодеяния своего напоила все народы». Она — «мать блудницам и мерзостям земным», держащая в руках чашу, «наполненную мерзостями и нечистотою блудодеяния ее», — конечно, способствовала и разврату народному. Во всяком случае, мы видим, что в эпоху перед концом мира материализм и атеизм, делающие ныне такие завоевания в народных массах, явятся уже пережитыми, господство же получит демонический мистицизм, соединенный с крайней развращенностью и безнравственностью. На этой почве и появится Антихрист, который, без сомнения, должен быть уже известен в эпоху средних трубных гласов.

По твердому христианскому преданию, он получит власть в возрасте около 30 лет. Но очевидно, что он уже раньше должен чем- нибудь заявить себя, стать известным. На это нужно положить еще лет пять или десять. Между шестым же и седьмым трубными гласами он уже побеждает двух пророков и является властителем. Таким образом, он развивается и получает известность во время того чрезвычайного выступления адских сил, когда явилась «саранча» Аваддоны и «две тьмы тем» (200 миллионов) полчищ четырех Ангелов, освобожденных на реке Евфрат.

Его первоначальная связь с Женой любодейной (она же Вавилонская блудница) несомненна, потому что она сидит на звере, который есть Антихрист. Он несет в себе ее идеи, по крайней мере основные, и в этом отношении выражает дух времени. Это составляет одну основу его популярности. Но есть еще и другая — характера политического, о которой мы можем догадываться на основании одного из темнейших мест Апокалипсиса.

Мы видели, что мир подходит к последнему своему периоду среди страшного революционного переворота, который, очевидно, изменяет самые основы государственной власти. Мы видели там не замену одного царя или властителя другим, но ниспровержение всех великих мира, а следовательно, должно полагать, что на смену прежнего государственного строя выступает другой, отрицающий его основы порядка и власти. Однако же последствия этого, обрисованные под первыми двумя трубными гласами, составляют лишь страшные народные волнения, кровопролития, падение культуры и горечь, наполняющая источники народной жизни, так что погибает третья часть людей. При таких условиях, при падении культуры, а следовательно, и производительных сил общества, при исчезновении мира и общественной безопасности не мудрено представить себе разочарование в новосозданном строе и жажду выйти из тяжкого положения. На этом-то, по-видимому, и появляется вторая причина популярности Антихриста, ибо он является восстановителем исторической государственности.

Во времена его господства мы уже не видим следов прежнего революционного переворота. Опять действуют цари, действуют купцы, производится купля и продажа, и вообще государство Антихриста, хотя и весьма деспотическое, имеет обычный характер той государственности, с которой человечество прожило свою историю. Кто же был восстановителем исторической государственности? По-видимому, именно сам Антихрист.

Его символический образ представляет зверя с семью головами и десятью рогами. Как головы, так и рога означают царей или царства, по объяснению самого Ангела. Десять рогов означают царей, которые примут власть вместе с Антихристом, а семь 034 голов — прежние великие исторические царства: Вавилонское, Македонское, Римское и др. Образ зверя служит как бы гербом царства, причем одно изображается в виде медведя, другое — барса, третье — льва и т. д. Слово же «царь» у пророков часто заменяет слово «царство». «Для Иоанна, — говорит Оберлен, — различные всемирные монархии суть головы одного и того же зверя» (с. 307), или, как выражается Андрей Кесарийский, это есть «вообще земное царство как бы в одном теле» (с. 207). Смысл образа ясен. Антихрист есть преемник вообще исторической государственности, которая до него имела семь великих проявлений, а сам этот зверь, то есть Антихрист, есть «восьмой царь и из числа семи» (Откр. 17, 2), то есть такого же характера, как они (Оберлен). При этом в Апокалипсисе сказано, что зверь этот «был, и нет его, и выйдет из бездны», и люди, не вписанные в книгу жизни, «удивятся, что зверь был, и нет его, и явится» (17, 8). А в другом месте сказано: «И видел я, что одна из голов его (зверя) была как бы смертельно ранена, но эта смертельная рана исцелела. И дивилась вся земля, следя за зверем; и поклонились дракону, который дал власть зверю. И поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему и кто может сразиться с ним?» (Откр. 13; 3, 4)[2].


Общая картина исторической роли Антихриста представляется, стало быть, в таком виде. Он положит конец тому социально-политическому перевороту, который совершили люди, и произведет восстановление исторической государственности, и люди, истомленные бедствиями, порожденными этим переворотом, будут радостно приветствовать произведенное Антихристом восстановление порядка и говорить: «кто подобен зверю сему». В этом отношении Антихрист является консерватором-контрреволюционером. Но, с другой стороны, он явится перед миром с совершенно новой идеей, несравненно более революционной, чем та, которую он упразднил. Он поведет человечество к перевороту основ вселенского бытия, к тому, чтобы приобрести во вселенной божественное значение и силу и свою жажду благ земных удовлетворять тем безграничным могуществом, какое даст этот захват власти Бога.

С Антихристом для человечества наступает момент сознательного человекобожия и сатанобожия, которые имеют задачей упразднить власть Бога и поставить высшей мировой силой человека и диавола.

Таковы две основы популярности Антихриста, и его в этом отношении идеи, вероятно, будут известны раньше, чем он сделается царем. Но до этого момента человечество услышит еще один призыв Божий к покаянию (Откр. 11).

Несмотря на упорную нераскаянность людей, им еще раз подается помощь Божия. В промежутке между шестой и седьмой ангельскими трубами на землю посылаются два пророка, по твердому церковному преданию — Енох и Илия, одаренные великими чудотворными силами. Они будут свидетельствовать людям о Христе, и если кто захочет их обидеть, из уст их исходит огонь, уничтожающий врагов их. Они имеют власть затворять небо, чтобы не шел дождь, могут превращать воды в кровь и поражать землю всякою язвою. Но, несмотря на все знамения, которыми будет сопровождаться свидетельство Еноха и Илии, они не получат успеха. В это время люди уже будут активно настроены против Бога, будут желать иной высшей власти в мире, так что чем сильнее Енох и Илия обнаружат могущество Божие, тем более тягостные чувства будут испытывать люди. Оба пророка, сказано в Апокалипсисе, «мучили живущих на земле», так что когда наконец они окажутся убиты — «живущие на земле будут радоваться сему и веселиться и посылать дары друг другу» (Откр. 11, 10).

До окончания срока, назначенного двум пророкам, то есть трех с половиной лет, никто не в состоянии им помешать. Но с истечением срока «зверь, выходящий из бездны», то есть Антихрист, «сразится с ними, и победит их, и убьет». Эта победа, очевидно, окончательно прославит Антихриста, послужив доказательством, что он сильнее Бога, о котором свидетельствовали пророки. Событие это произойдет в Иерусалиме, который в Апокалипсисе называется «великим городом», то есть, стало быть, в эти времена дорастет до важного значения. Трупы убитых будут лежать на улице, их не позволят положить в гробы, и толпы народа со всех сторон будут приходить смотреть на это доказательство могущества Антихриста, радуясь и веселясь.

Эта радость народа и торжество Антихриста будут, однако, омрачены, так как через три с половиной дня убитые пророки оживут, к ужасу смотрящей на них толпы. Голос с неба призовет их, и они на глазах врагов своих взойдут на небо на облаке. В то же время происходит землетрясение, десятая часть города разрушилась, 7 тысяч человек погибло, а остальные в страхе воздали славу Богу небесному. Но, вероятно, Антихрист сумеет как-нибудь благовидно для себя объяснить это чудесное событие, так как оно не останавливает его дальнейших успехов.

Как сказано, он восстанавливает государственность и порядок, делается царем, и одновременно с ним возникает еще десять царей. Программой же деятельности его является мистическая и магическая миссия — овладение человечеством в его лице высшей властью над всеми силами вселенной. Впрочем, самой высшей властью при этом явится дракон (сатана), который дал Антихристу «силу свою, и престол свой, и всякую власть». Вся земля «поклонится Дракону, который дал власть зверю», но поклонится также и самому зверю. Очевидно, что, ставя свою программу, Антихрист угадывает дух времени. Соображая все обстоятельства, можно видеть, что в человечестве должно тогда господствовать мистическое верование, на основании которого люди начнут считать Бога силою, вредной для них, благотворною же силой признают диавола, а относительно самих себя исполнятся уверенностью, что человек может стать высшей силой вселенной, бороться с Богом и ниспровергнуть Его владычество. Как люди «последних времен» будут представлять себе способы такой борьбы, мы теперь не можем ясно представить, но ясно, что это — магические способы. Для аналогии можно указать каббалистические заклинания ангелов, которых чародей может понудить делать то, что ему нужно. Можно даже указать «великие души», «великих адептов» оккультизма, управляющих всеми силами природы. В Антихристовы времена, очевидно, разовьется полная доктрина этих магических видений, заложенная, вероятно, Женой любодейной и завершенная Антихристом.

Он выступает самоуверенным противником Бога. Ему даны уста гордые и богохульные, и он отверз их для хулы на Бога, чтобы хулить имя Его, и жилище Его, и живущих на небе (Откр. 13; 5— 6). Апостол Павел объясняет, что он будет противиться Богу и превозноситься выше всего, называемого Богом или святынею, так что и в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога (2 Фес. 2,4). Антихрист, таким образом, не отрицает существования Бога и подчиненных Ему небесных сил, но восстает против них и надеется их победить. Не одна земная власть мерещится ему, а власть над небом и вселенной.

Помощником Антихриста в этой борьбе явится лжепророк, чародей, вдохновленный диаволом. Как Антихрист вышел отчасти из бездны (от сатаны), отчасти из бурь житейского моря, так лжепророк выходит из земли, то есть культурного мира, и имеет «два рога, подобные агнчим, и говорил как дракон» (Откр. 13, 11). Это, по-видимому, указывает в нем отрасль бывшего христианства, перешедшего на сторону диавола, то есть адепта Жены любодейной. Он играет очень большую роль, «действует пред ним (вероятно, перед Драконом. — Л. Т.) со всею властью первого зверя», творит великие знамения и чудесами своими, которые ему дано творить перед зверем, он обольщает живущих на земле (13; 12, 13, 14).

Тут необходимо отметить очень темное место, а именно: в Апокалипсисе сказано, что этот лжепророк «заставляет всю землю и живущих на ней поклоняться первому зверю, у которого смертельная рана исцелела» (13, 12), и внушает им сделать «образ зверя, который имеет рану от меча и жив» (13, 14). О ком тут говорится? Мы приняли, что исцеление насмерть раненного зверя означает воскресение уничтоженной было исторической государственности. Кому же заставляет поклоняться лжепророк? Тут явно речь идет не о государстве, а о личности, его представляющей, то есть Антихристе. В пророчествах слово «царь» часто употребляется вместо слова «царство». Упоминание об исцелевшей смертельной ране является лишь для определения, о каком именно «звере» Тайнозритель говорит в данном месте.

Итак, лжепророк побуждает людей поклоняться Антихристу и «обольщает» их сделать изображение его. В это изображение он своими чародействами влагает дух, так что оно может говорить и действовать в том смысле, чтобы не поклоняющиеся ему были предаваемы смерти. В древних государствах, Вавилоне и Риме, требование поклонения ста’гуям царей было весьма обычно. Антихрист в этом случае только восстановит их практику, но с той разницей, что его изображение будет иметь вид живого, одухотворенного, представляющего как бы двойника его самого. Вообще, власть Антихриста будет опираться не только на обычные средства государственного механизма, но на силы магические. Это существенная черта его правления. Кроме главного его помощника, лжепророка, Апокалипсис упоминает о других лицах такого же характера: «Видел я выходящих из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам: это — бесовские духи, творящие знамения» (Откр. 16; 13, 14). Обо всех этих волшебствах предупреждал еще и Спаситель, говоря, что «восстанут лжехристы и лжепророки и дадут великие знамения и чудеса, чтобы прельстить, если возможно, и избранных» (Мф. 24, 24; Мк. 13, 22).

Вся эта мистико-магическая сторона управления Антихриста составляет самую суть его программы, для которой восстановление стройного порядка государственного является лишь средством дисциплинированного соединения всех человеческих сил и воль на достижении цели мистико-магической. Цель эта состоит в перевороте всего мирового бытия, ниспровержении власти Бога, подчинении человеку всех материальных и духовных сил вселенной и приведении ангелов к служению людям. На завоевание такого сверхъестественного могущества поведет своих подданных Антихрист, подчиняя их жестокой диктатуре. Христиане при этом неизбежно подвергаются истребительному преследованию. Это естественно. Начиная мистическую борьбу против божественных сил, люди имеют средством действия напряжение своей воли. Все «иномыслящие» должны быть уничтожены. В мистическом «действии на расстоянии» требуется единообразное напряжение воли, направленной к достижению влияния на ангелов и другие божественные существа. Мы видим и теперь на спиритических и оккультических сеансах, что все, участвующие в «цепи», должны одинаково и гармонично настраивать свою волю. Если при Антихристе борьба против Бога будет ведена при помощи «психических батарей», то присутствие на земле людей иномыслящих, несочувствующих, готовых даже противодействовать, может подрывать все усилия чародейского воинства. Все такие лица будут квалифицируемы как вреднейший элемент, подрывающий усилия человечества в величайшем деле истории, каковым будет тогда считаться восстание людей против Бога в союзе с сатаной.

Против христиан начнется жестокая война. «И дано было ему (Антихристу) вести войну со святыми и победить их; и дана была ему власть над всяким коленом и народом, и языком, и племенем. И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца» (Откр. 13; 7, 8). Мы видели, что для христиан заранее приготовлено убежище на время трех с половиной лет. Но они все-таки будут гибнуть во множестве, как это видно из Апокалипсиса (20, 4). Их будут предавать казни за отказ поклоняться Антихристу. Для обнаружения «своих» и «чужих» тогда будет налагаема на чело или правую руку всех людей печать Антихриста, и за непринятие ее христиане будут предаваемы смерти. Им почти невозможно будет питаться и доставать все необходимое для жизни, ибо лица, не имеющие на себе печати, будут лишены права что-либо покупать и продавать (13; 16, 17).

Для христиан это равносильно голодной смерти или, в счастливом случае, отдачи себя в кабалу полноправным гражданам, если те согласятся тайком эксплуатировать их труд. Вообще, три с половиной года царствования Антихриста будут для побежденных христиан таким страшным временем, что в нем не спаслась бы никакая плоть, если бы ради избранных эти дни не сократились.

У нас существует почему-то легенда, будто бы Антихрист принесет своим подданным благоденствие. Ничего подобного не видно в Апокалипсисе. Если Антихрист уничтожит бедствия анархии и это даст ему основу популярности, то остальное время его царствия будет полно еще худшими бедствиями. Бог будет показывать людям безумие борьбы, начатой против небес, по толкованию Андрея Кесарийского, для образу мления тех, которые к этому еще способны. В это именно время изливаются на землю семь фиалов гнева Божьего.

Не всегда можно разобрать, в чем содержатся посылаемые при этом кары, но они, конечно, сопровождаются и физическими страданиями. Так, у людей, принимающих печать Антихриста и поклоняющихся его образу, сделаются жестокие и отвратительные гнойные язвы. На солнце разовьется страшный жар, который будет жечь людей. Но в общем они не образумятся, а будут только хулить имя Божие. Видимо, они сознают, что кара идет от Бога, но не захотят сдаваться и будут мечтать об отплате со своей стороны. Пятый Ангел «вылил свою чашу на престол зверя, и сделалось царство его мрачно, и они кусали языки свои от страдания».

Но, несмотря на это, они только «хулили Бога Небесного от страданий своих и язв своих; и не раскаялись в делах своих» (Откр.16; 10, 11). Напротив, именно в это время Антихрист, как бы в ответ на кары, предпринимает поход против Бога.

Но этому предприятию предшествует одно важное событие — истребление Жены любодейной, или Вавилонской блудницы.

По существу — это суд Божий над нею. Но бессознательным орудием его явятся десять царей, вассалов Антихриста, которым Бог вложил в сердце исполнить Его волю. Из-за чего у них произойдет ссора с Вавилонской блудницей — не важно, сказано только, что они «возненавидят блудницу, и разорят ее, и обнажат, и плоть ее съедят, и сожгут ее в огне» (17, 16). Самое же это истребление подробно описано в 18-й главе Апокалипсиса, причем видно, что истреблен действительно город, вероятно, служивший резиденцией Вавилонской блудницы. Эта кара, составляющая начало грозного суда над развратившимся миром, возбуждает громкую радость на небесах (Откр. 19).

Между тем Антихрист после бедствий, постигших его царство, предпринимает решительный поход против Бога. Деятельными помощниками его являются адские силы. В 20-й главе Апокалипсиса сказано, что по окончании тысячелетия сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань. Число их — как песок морской (Откр. 20, 7). Когда произошло освобождение сатаны? Может быть, во время пятой трубы ангельской, после которой обнаружилось особое действие адских сил (Откр. 9; 1, 14). Из другого места видно, что проповедниками похода являются «бесовские духи», выходящие из уст дракона, зверя и лжепророка. Они творят знамения и чудеса, отправляясь к царям всей вселенной, чтобы собрать их на брань в оный великий день Бога Вседержителя (Откр. 16; 13, 14). Однако не все цари участвуют в союзе Антихриста, ибо шестой фиал гнева осушает Евфрат, чтобы был готов путь царям от востока солнечного (Откр. 16, 12). Они, по-видимому, христиане или союзники христиан, ибо Гоги и Магоги «вышли на широту земли и окружили стан святых и город возлюбленный» (20, 8), то есть напали на христиан. Откуда могло возникнуть ополчение христиан и восточных царей? Мы видим, что при седьмом фиале гнева возникают какие-то страшные катастрофы, которые при символическом чтении могут означать только необычайную революцию (Откр. 16; 18 — 20). Может быть, она направлена именно против Антихриста, который предпринимает поход для усмирения восставших. Он собирает свои войска в Армагеддон. Это около горы Кармила и Хеврона, следовательно, верстах в тридцати от Иерусалима, который, по-видимому, служил местом сосредоточения восставших, так как «Гоги и Магоги», сказано, «окружили стан святых и город возлюбленный». Здесь и происходит последний бой.

Но если этот бой происходит против людей, а следовательно, совершается обычными материальными военными средствами, то он направлен также и против сил небесных. Тайнозритель видит, что Христос выступает в сопровождении «воинств небесных», то есть ангелов; зверь же и цари земные собрались, чтобы сразиться со Христом и воинством Его (Откр. 19; 14, 19). По-видимому, битва носит двойственный характер: это, во-первых, обыкновенный, материальный бой, поскольку он ведется против людей, но, во-вторых, должен иметь психо-магический характер, поскольку совершается против ангелов. Нельзя себе представить, чтобы Антихрист вздумал стрелять в духовные существа из ружей и пушек. Приходится предположить, что войска Антихриста имеют задачей также образовать «психические батареи», которые, по магическим верованиям, способны влиять на ангелов, обессиливать их и отдавать их на волю человека. Мистическая доктрина Антихриста, вероятно, к тому времени далеко разовьет магическую идею борьбы против духов посредством напряжения воли человека, стройно объединяемой в целых массах людей.

Но этот «великий день Бога Вседержителя» кончается полным истреблением богоборческих сил людей, зверя и сатаны. С неба ниспал огонь от Бога и уничтожил их (Откр. 20, 9). Антихрист и лжепророк схвачены и оба живые брошены в огненное озеро (Откр. 19; 17, 18, 19). Туда же ввержен и диавол, прельщавший людей (Откр. 20, 16).

Таким образом, при личном явлении Иисуса Христа, заканчивается мировая борьба.

Тотчас по уничтожении Вавилонской блудницы на небесах раздаются голоса: «Аллилуйя! ибо воцарился Господь Бог Вседержитель», и «наступил брак Агнца, и жена Его приготовила себя» (Откр. 19; 6,7), облеченная в праведность святых. А в то же время с небес спускается Новый Иерусалим, приготовленный как невеста, и голос с неба возглашает: «Се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними» (Откр. 21; 2, 3).

И тайнозритель «увидел... мертвых, малых и великих, стоящих пред Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни; и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими» (Откр. 20, 12). Совершается сказанное у Спасителя: «Когда же придет Сын Человеческий в славе Своей, и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престол славы Своей, и соберутся пред Ним все народы», и пойдут одни в муку вечную, а праведники — в жизнь вечную (Мф. 25; 31, 32, 46).

«И сказал сидящий на престоле: “Се творю все новое”», и Иоанн увидел «новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет» (Откр. 21; 1, 6).

Описанием Нового Иерусалима заканчивается Откровение тайнозрителя. Оно по своей символичности трудно понимаемо, но «ничего уже не будет проклятого; престол Бога и Агнца будет в нем, и рабы Его будут служить Ему. И узрят лице Его, и имя Его будет на челах их» (Откр. 22; 3, 4).

Так замыкается круг мировой эволюции.

Царство мира соделывается Царством Господа. Все созданное приходит к той гармонии, в которой было создано, после продол1жительного периода, в течение которого гармония была нарушена восстанием диавола и грехопадением человека. Но «новое небо и новая земля» приходят в первобытную гармонию уже в ином состоянии: человечество сознательно, по собственному выбору, по влечению ума, склонности и воли пришло к Богу, своему Создателю, иногда тяжелым трудом, иногда — жертвуя для этого всеми земными благами и самой земной жизнью. Оно уже выше всяких искушений, всяких грехопадений. Оно составляет сынов Божиих не только по рождению, но по сознательной воле и желанию своему.

Обновленный мир вверяется ему уже по достоинству его, и само человечество становится преображенным, получая новые силы для жизни с Богом и исполнения Его предначертаний в мире.

Все же оказавшееся неспособным к такому божественному направлению своей свободной воли выбрасывается в иную сферу существования, именуемую «огнем вечным». Об этом состоянии, о Божественных целях и предначертаниях относительно его мы, в сущности, почти не можем судить, по крайней мере теперь, в настоящей жизни, когда должны думать лишь о том, чтобы прийти к Богу и избегнуть «огня вечного», приготовленного для диавола и ангелов его.







[1] Ф. Бейнинген. Указ. соч. С. 42 — 43. Бейнинген ссылается на символические образы Даниила, Иоанна Богослова и других пророков-созерцателей.





[2] Андрей Кесарийский в числе разных предположений о смысле этой смертельной раны допускает, что, может быть, «царство Римское (дальше его он не идет) от разделения потерпит как бы умерщвление, но, получив единовластительство от Антихриста, наподобие Августа Кесаря, окажется уврачеванным» (с. 151).